Исповеди торчков. Разговоры за жизнь. Печально.

schod-razval

Юзер
Регистрация
18 Сен 2006
Сообщения
52
Адрес
Москва
Ниже приводятся стенограммы "разговоров за жизнь" персонажей давно и со вкусом употребляющих хмурое вещество в/в. Очень поучительно. Свои словоизлияния, буде таковые появятся, рекомендую выкладывать сюда же. Не путать с трип-репортами. Это не "психонавтическое", а, скорее, психо-социологическое исследование. Итак, господа, чтобы вы у нас не заскучали:


Ситуация 0
Кто-то кого-то трахнул

А я тут это… Получилось. Не хотел я, и вообще случайно выпало. Был в Раменках. К человечку знакомому заехал. Ну, посидели, поговорили, музыку послушали, коктейльчик там... И я у него спрашиваю: "Юр, ну ты с Борькой поссорился?" А он говорит: "Я больше с Борей дел не имею. Он меня вкатил один раз по работе". И тут звонит сам Боря. Он чего-то там бубнил, но, короче, стало ясно – у подруги у его день рожденья. Ну, короче, я попал на этот день рожденья… А у меня большой был перерыв с алкоголем. А на столе закуска, салатики и все такое прочее. Вот, потом Боря с Ирой поссорились… Боря ушел, мы остались вдвоем. Она ушла на кухню и бац, возвращается с шампанским и в рубахе какой-то несуразной на голое тело. Опс, думаю, ага! И я отчетливо помню, что на бедрах у нее были татуировки. Еще помню, я в этот момент ножом то ли апельсин, то ли грейпфрут резал, и палец себе сразу, как она вошла, порезал, и стал его рассматривать. А она: "Таких пальцев в меня влезет штук десять". Вот те и все. Я говорю: "Ну, а йода у тебя нет перевязать?" А она взяла мою руку, и хлоп, кровь слизала! Я ей не стал уж говорить, что болею, поздно: стремительно она это как-то сделала… И говорит: "Трахни меня им". Легла и ноги свои раздвинула татуированные. Я прилег и стал ее рассматривать. Провел языком, а сам косился параллельно на татуировку: там были какие-то розы, колючки… Короче, рокерство всяческое, я такие темы не очень уважаю. Лежал и смотрел, каким там что цветом пробито. Она отстранилась, и спрашивает: "Ты, кстати, как, не колешься?" "Нет", - говорю. Она говорит: "Покажи руки". Я протянул ей руку. Она пощупала: "Ладно, верю, один хуй ни хуя не видно". Ну, короче, все потом завертелось, ну и все…

Ситуация 1
И пробуждение...

Утром в нос ударил запах кофе. Хорошего кофе, я всегда отличаю… Я разлепил глаза и увидел ее сидящей за столом, все в той же вчерашней рубахе. Только сейчас она вызывала во мне какие-то другие чувства. Не знаю, какие, но не возбуждало это дело, и не скажу, что она как-то криво смотрелась – она умылась уже, туда-сюда… Да и я не много пил, а подкумаривало уже, – так я привычный; так, просто серое утро, кофе… И чужая она вроде, и все равно в кайф это дело, все лучше, чем дома просыпаться. Да что я тебе говорю, ты и сам знаешь, – у нас посмотришь в окно, и все, – день насмарку. А тут – утро, такое же, как всегда, но чистые простыни, вроде ничего не болит особо, а то знаешь, просыпаешься, занавески занавешены, и думаешь, что уже в аду проснулся. Вот, запах кофе, она в рубашке, так бы и не вставал с койки. Сразу-то мысли ровно не текут, то есть я не скажу, что сформулировал сразу что-то типа «не так ты живешь», – это, как говорится, и так в воздухе висит как транспарант, но какие-то червяки сразу поползли. Да как всегда… Вот, одним словом, сидела она, и пила кофе одна. Вот что уважаю: когда варят кофе, а не растворимый.
А она и говорит: "Как ты меня трахал, я не помню. Давай хоть посмотрю на болт твой". А я говорю: "Ладно, Ир, мне двигать надо – неизвестно где Боря, и вообще я не помню, из-за чего вы вчера посрались". И давай себя в порядок приводить. А она говорит, дескать, не спеши, время еще есть, надо расчесаться и голову намочить. Я закурил и проследовал на кухню. Поставил чайник. Она меня позвала в ванну и спрашивает: "Ну мне так ништяк"? Я взглянул и поправил ей волосы. Она посмотрела, и вынула у меня из рта сигарету – затянулась. Выдохнула мне в лицо: "Это, наверное, последняя сигарета на сегодняшний день для меня. Блин, да у тебя губа треснула! Да и бледный ты вообще".
Я промолчал и ушел на кухню – там уже чайник закипал. Плеснул кипятку в заварной. Налил пол чашки и залпом выпил. Губа треснувшая, я еще и обжег – неприятна боль, режущая. Блин, думаю, да я, наверное, обжег себе все внутри. Вода в чайнике почти что кипяток. Ну, короче, распрощались. Ладно. День впереди. Надо выдвигаться. В более привычную обстановку. Улица меня почему-то порадовала – сухой солнечный день. А из окна, когда смотрел, думал, пасмурно. Странно…

Ситуация 2
МакДональдс и пизда

А мы тогда ходили, ходили, беседовали – ушли не знамо куда, а там, сам знаешь, места – гниль: дома одинаковые, там и трезвый когда, не найдешь не икса… Лазили, лазили, крюк за крюк, тыры-пыры… Ольга сказала, мол, купите водку ничего, сигарет злых (она только крепкие курит), лимон в первую очередь, и легкого чего-нибудь покушать… Бумс, поплелись: музыка, кинишко, Эверласт, прибауты, то да се, Диаманда (она, кстати, мне рассказывали, с Володей имела разговор и расплакалась; ты, говорит, злой; уж и не знаю, что он ей там такого наговорил, но, видимо, чего-то серьезного очень; я так думаю, или она не в себе была что расплакалась, – это же не блядь какая-нибудь, Оксана из Белоруси, а сама Диаманда Галлас, – либо он действительно настолько злой, а может и треп все это), одним словом, трещали обо всем; бродили, буровили по дворам, выбрели. Нашли, наконец, заходим в лабаз, а на прилавке кот лежит, здоровенный… Не знаю, к чему я про кота. Так просто, вспомнился. Короче, взяли водку «Завалинку», пакет пряников каких-то и пачку пельменей. Твою мать! Вкатили нам потом за этакие покупки… Вот, а МТV я без группы «Тату» больше смотреть не буду, если их из эфира уберут; отказываюсь. Не, ну сам посуди, что это за ёбань получится, без «Тату». Двадцатка МТV… Смешно говорить. Да, кстати, сидели в «Макдональдсе» на Тушино, жрали, ждали… Губа перед отъездом сказал: «Ёбаный компот, пацаны, буду через тридцать-сорок минут. Кайф, говорит, у Дэна просто мифический, пол чекана, и в слюни». Сидим, ждем, кофе с молочком пьем, а человечек – митинский. Он до этого уже раскумарился. Он сидел, ему еще надо было, а меня подламывает, но терпимо. Сижу, на стены с планерами смотрю, а этот, уторченый, ему поговорить… И он мне рассказывает про то, как он накануне какую-то Леру лекарил. И у меня это как-то наложилось одно на другое – и день этот из памяти никак теперь не сотрешь… Теперь, как планер в небе увижу, сразу чья-то кровавая мокрая пизда, вывернутая наизнанку, и раскинутые ноги у самой рожи. Я в этот «Мак» на Тушино больше не хожу, стороной стараюсь обходить… Хотя на Жукова, с лыжниками, тоже не фонтан, я тебе скажу, никак не лучше. Я вообще китч не выношу, а тут что-то еще большее. Лыжники какие-то… И ведь есть в них, в планерах, что-то от пизды, от раскинутых ног, согласись…


Ситуация 3
Лишний на празднике жизни

Я сначала вообще не хотел, и уж только потом уже… Ты понимаешь, я вот так подумал, а почему у меня все время так выходит, что я исключительно по чужим выступаю? Сначала с той, потом с этой, и все криво как-то. Она мне потом, типа, с милым рай… Сам знаешь где. Ага, думаю, это тебя сегодня выебли с огоньком, вот тебя и раскудрявило; твой-то, поди, уже ни в какую. А он у нее хитрит где-то, денег приносит; я на фотографии его видел – слава богу, что только на фотографии – похож на одного из тех мужиков из рекламы «Бочкарева», на того, что все время трубу бросает, вот только того уже уволили наверное, за то, что только пиво с кентами жрет, а этот пашет, и на нее то ли времени нет у него, то ли там уже потухло все… Не знаю. Но, как бы там ни было, в шалаше, я так прикинул, тебя, родимая, часа на два хватит, а потом либо сама ускачешь, либо «надо чаще встречаться» твой припиздует в самый неподходящий момент. Сам понимаешь: тут мало того, что чувствуешь себя не пришей к пизде погоны – там такая квартира, что с непривычки не по себе делается – так еще и чистый страх, что она это ему на зло, потому что объективно на себя смотрю, и думаю, ну чего ты во мне нашла? И вот пройдет время, всплывет все, и придется мне сваливать куда-нибудь; а насколько он без башни у нее, я не знаю, но судя по рассказам, капитально; вот и буду я сидеть где-нибудь в Тропарево у друзей, и думать, что это-де черная полоса такая, и что наступит скоро белая… А вместо белой полосы – пуля в глаз, и белая вспышка Вот она-то и будет последней светлой полосой, причем полосой перпендикулярной всем остальным
Она чего-то говорит, что мое, говорит, любимое время суток – ночь, ночь, ночь, ночь… Все ночь. И как началось все это дело? Выходили так, на кухню покурить, семечек пощелкать, чайку-майку. Сначала телевизор смотрели, а я на нее засматриваться стал. Я говорю чего-то, я от тебя глаз оторвать не могу, а она навеселе слегка, глазки блестят, а у меня из кармана мелочь посыпалась, и под нее, и стал я это дело выгребать, естественно. Ноги, говорю, у тебя ничего. А она говорит, я еще и умная очень… Она, кстати, помимо работы (зачем работает – не понятно, и так денег жопой жуй) еще учится на вечернем где-то, то ли на филолога, то ли на эколога; я смотрел тетрадь ее какую-то: ничего вообще не понял, там бред какой-то, то ли я дурак совсем… Ладно, все это мишурные дела… А она мне уже, как говорится, "уже в прошлый раз дала". Я уже наперед знал, что и как делать, чтоб все красиво, потому что в этом деле главное – качество. Ну, она встала там потом, пошла, говорит, я прилягу, спать хочу, я, значит, это самое, посидел, посидел, посмотрел на нее. Думаю, надо чем-то заняться. Бамс, пошел собак выгулял. Возвращаюсь, а она говорит – надо собак выгулять, а я говорю, да я уже погулял. Она говорит, я на танцах была, так устала, – хочу похудеть, но, говорит, затрахалась, вся влажная уехала. Наверное, продуло меня. Ты меня можешь согреть? Я говорю: конечно. Она: ну так иди сюда. Ну и все.

Ситуация 4
И хуй со мной...

Порожний образ жизни, хотя и разнообразие какое-то. А главное комплекса никакого не заработал. Срезало все это дело после, а то утром от нее вышел, и как в говно опущенный, совесть, нет, не то совесть, не то что-то еще, короче, знаешь, куча мыслей стразу липких, вопросов, отмазок от самого себя, и они валят, валят… Даже не воспринимается это как самоосуждение, а просто понос, как вот организм перестает нормально работать, и начинает этюды исполнять, так и душа…. Вразнос… Ну и я по инерции и поехал. Вечером уже и из головы все вылетело. А потом отошел, на трезвую всплыло опять, но как-то уже тихо, тускло. Прислушиваюсь, и понимаю, что никакой проблемы и не было, ну переспали, и ебись оно противотанковыми ежами. А заразил я ее, или она меня, или там чего, – хуй с ним со всем, и со мной тоже.

Ситуация 5
Друзья и родственники

Я не могу тебе сказать, отчего конкретно у него слетел колпак, и слетел ли он у него вообще; может, он у него, наоборот, на место встал, а поскольку его таким никто никогда не видел, или очень давно не видел, что одно и то же, в принципе, то расценивается это окружающими как безбашенство. Впрочем, окружающие в данном случае – его жена и ее подруги; тут все понятно, тут либо никак, либо все плохо. Понятно, что без одобрения был встречен его этюд, а что его чувачки по этому поводу думают, я не знаю. Короче говоря, что есть, то есть, и понимай как хочешь: дядя пересел с «Ауди» на «Мерин». Он эти бабки лучше бы на ребенка потратил. Да и кто он вообще такой, - по статусу, я имею в виду - чтобы ездить на такой машине? На хера она ему вообще сдалась, чего ему на «Авдее» не каталось? Хотя он, конечно, поднялся, все пироги… Но поднялся он уже после свадьбы, уж не знаю, кто ему помог там, не помог. Но это уже другой совсем разговор, я не об этом сейчас. Короче говоря, человек капитально вошел в образ, хотя его и раньше заносило, но не так конкретно, но тут, видимо, окружение сыграло, и вот он пересел на новую машину, нашел на стороне какую-то блядюгу и срулил с ней в Хорватию от трудов отдыхать, предварительно подъехав к жене рассказать о том, как он, дескать, скучает со страшной силой по ней и по ребенку, однако вернуться никак не может. Вот ведь молодец! Но я так понимаю, тут неоднозначно все: может от безнадеги у него все. Ты ведь знаешь, что у них с ребенком лажуха полная. Там какая-то архихуевая история приключилась: близнецы у них были, и один дубу врезал, причем кесарево не делали почему-то, может так и обошлось бы все… Парню два года, а он не ходит, не говорит ничего, и даже не узнает никого – мимо все время смотрит. Страшный взгляд, пустой… Привет, короче говоря. Покушали ребятки в свое время таблеточек волшебных. Кстати о них – тоже ведь вариант: он в последнее время очень по «бодрому» зачастил. Сначала, помню, раз в месяц, потом раз в неделю, типа отдохнуть от трудной рабочей недели, а потом реально каждый день мозг удивлять стал. Тут башня точно соскочит, не то что из семьи, а самому от себя впору бегать… Да и товар-то у него был странный какой-то. Мы у него брали как-то… Может просто попало так… Вставляет сильно, но быстро отпускает и отходняк потом шибко злой. Через жопу это все. Не по-божески. И, главное, к жене: тыр, мол, пыр, скучаю до запора. Хули ж ты слинял тогда? Черт знает, что у людей происходит. Варьето, шапите и лихо румыно-албанское... Жена, правда, в тот же месяц на Майорку съехала. Видать, с тоски тоже. Вот бы вам, думаю, в нейтральных водах встретиться, на надувных матрасах… Но все-таки как же все любят поговорить, почувствовать себя героем-любовником и прибежать хвастаться новым приобретением к жене! К той, что, видимо, больше других давила, так давай теперь давить тебя. А каково ей это выслушивать было? И ведь не к кому-нибудь, а именно к ней, которую, видимо, больше всех и любишь, и которая, в результате, все равно главной вражиной и оказывается. Может, это всегда так – главным врагом оказывается тот, кого больше всего любим, тот, кто любит нас, тот, кто ближе; чувствуешь в человеке эту слабинку, и вместо того, чтобы прикрыть рукой, защитить, ты по этому месту со всей силы лупишь, сам не понимая почему. А остальные что? Остальные нейтральны; им вообще все равно, что там у тебя в жизни или в голове происходит. А самолюбие, или что там еще у нас бывает… Вот это самое «еще» требует, как ни крути, к себе внимания, одобрения некоего, пусть даже в форме неодобрения реализующегося… И куда с этим?


Ситуация 6
Все болеют...

Вот и все, лето кончилось, сенцо покосили, обострение у всех трехнутых. Да и не только. У всех обострение. Здоровых-то никого вообще не сыщешь: все кривые, куда ни харкни. Палыч вот терпел, скрипел, чуть зубы все на хер не сточил, да и слег в больничку – допек его бок, не сдюжил мужик. У матери у самой тройничный продуло, причем так основательно, что болят не только зубы, но даже черепушка в основании, – ни голову повернуть, ничего… А Палыча на даче так схватило, что дай Бог дороги. Я звоню, мол, у меня, мать, ангина, я невыездной, а она мне: сами валим – у Палыча бок схватило; я, говорит, его на анальгетиках пока держу, но помогает как-то слабо. Приехали домой в понедельник, неотложку вызвонили, те его прокапали сразу чем-то. Так что сейчас в больнице. Завтра проктолог должен прийти. А больница – они там с анализами этими… Не жрать, не срать… И мимо ходят, не смотрят ни на кого, а если и смотрят, то только как на врагов кровных. Там загнешься еще быстрее. Ленка обещала побубнить со своими там какими-то, чтоб его нормально в Боткинскую положить – тоже не вот тебе, но все лучше, чем в этом гадюшнике валяться. Это же, блядь, бардак, а не больница! Иду по коридору, и бац, медсестра; я ей: так, мол, и так, как дела, клизму ставили ему, а то проктолог придет? А она: нет пока. Еб твою мать, нет пока! А когда?! Потом к нему: тебе, говорю, гастроскопию делать будут или чего там еще, так тебе сказали, чтоб ты не жрал? Нет, не сказали. Я опять к той: что же вы, блядь, а? А она: я сказала. Кому ты, на хуй, сказала, что ты сказала? Он говорит, что не сказала; он же не невменяемый, чтоб не помнить, кто ему что говорит. Бардак, короче говоря. Ему, кстати, соседушка по палате LIV 52 от печенки присоветовал, если у него, конечно, в печени все дело, в чем я почему-то сомневаюсь. Я пришел туда, а он мне и рассказал, дескать, мне тоже вдруг поможет, а я вспоминаю: слышал я раньше что-то об этом снадобье, – гепатопротектор какой-то тоже, но потом писали, что это дело – шарлатанство, что делают его индусы, и чуть ли не говно коровье туда замешивают; а тут, видишь, всплыло опять. Кстати, у ленкиного бати в больничке – тот тоже сейчас лежит – помимо всего прочего паркинсонизм обнаружили, в слабой форме, правда, но тем не менее, и это плюс к тому, что у него и так там такая куча болячек всяких, что не дай нам Бог всем такого, – он колеса горстями жрет; если бы он их водкой еще не запивал… Да, вот так. У Афони отец тоже любил водочки на амитриптилинчик бросануть… А тут залетел к нам на чаек-огонек безумный один, в глубоком трауре: гепатит у него нашли; он к фершелам, а они ему – грунт готовьте, любезный, от силы лет десять осталось, а потом в сосновый макинтош. Блядь! Я ему говорю, ты мозги в камеру хранения сдал? Кого ты, на хрен, слушаешь, кто они вообще такие, те, что тебе эту мулю прогнали? Десять лет… У тебя, говорю, ВИЧ что ли, нашли? В жопу им все их прогнозы запхать, – пусть сами через десять помирают… Будешь париться – еще раньше помрешь, и светлого будущего не увидишь; иди, говорю, в центр, если деньги есть, сдавай все нормально, как положено, да лечись. Я не хожу туда, поскольку у меня просто денег таких нет, но у меня, как оказалось, и другого добра в избытке; есть о чем подумать. На днях в Гамалеи проверился на всякие дела… Сходил, называется. Посетил учреждение. Моя мне еще несколько лет назад говорила, чтоб я пошел сдал все. Вот теперь сижу: такого про себя узнал… У меня роспись, как что и когда пить, размерами с простыню, и колес на 300 с лишним баксов – пол холодильника заставил, – жратвы-то толком нет, одни пельмешки заунывные в морозильнике, зато колес хоть жопой жуй, да названия-то все какие кудрявые. Я с прошлого месяца в таком несметном количестве их пью, что, думаю, чем дальше в лес, тем всем нам хуже: скоро от меня мое собственное дерьмо по квартире бегать начнет на ножках: внутри какие-то погромы еврейские один за другим: на выходных с очка не слезал; такой вот «рейв вдвоем». Мне соседка говорит: тебе жрать нормально надо, – курочку, мясцо, бульончик, кашки разномастные мутить; ну я и намутил – купил пошел мясца в магазине; сделайте мне, говорю, четыре кусочка (больше брать меня жаба задушила); пришел домой, и как начал его жарить… Ты же знаешь, я когда готовлю, у меня кровь на потолке и гитарки звенят… Ну и пожарил, блин, мясца: маслица на сковороду шварк, а оно как начало гореть, и все, пол кухни в копоти; два дня потом оттирал. Да, сейчас всем трудно. У кого чего. У братца бывшей моей, представь, шизофрения, по полной программе; жили, жили, не тужили. Нормальная семья, и тут вдруг бац. С чего, казалось бы? И ведь он, что примечательно, не полностью за бананами уехал, т.е. он дуркует, блажит, но в то же время осознает, что с ним лажа какая-то неясная происходит, но ничего никому не объяснишь, и сделать с этим ничего не можется. Пока потчуют его галкой, – он отупел, жор на него напал, жирный стал, опухший какой-то, заплывший весь. Как положено все… Ужас, одним словом. Отец плачет ночами… У знакомой брат на хмуром торчал, торчал, потом все-таки сняли его общими усилиями – я сам им нолтриксол свой оставшийся запарил – и он завязал, но завязал, как оказалось, уже с ВИЧом. Досадно. Другой с кичи только что – туберкулез; он: я залечил, залечил! Хера ты, думаю, залечил, и точно, – неделю назад звоню ему, а у него температура сорок ни с чего… Еще один к невропатологу вот похаживает. Сначала с хмурого на винт, а потом у него башню двинуло; варщик, у которого он вис, говорил, что, дескать, всякое видел, но чтоб у человека так балду взрывало… У Валеры вообще эпилепсию подозревают: кидало его тут несколько раз. Теперь ходит, только что сопли не роняет – финлепсин, «зепамы», еще какая-то погань – задавленный полностью. Ему и самому не в жилу уже эти таблетки, но иначе, говорят, нельзя: иначе опять кидаться будешь. У Вики грудь раздуло. У нее и так то… а тут еще такие дела. Тоже пьет теперь что-то, боится, как бы вообще не отрезали на хрен. Отец пил, мудак чертов, все лето. Сейчас только проявился. Бодрый такой… Ужас, короче говоря.

Ситуация 7
Церковь Христа

- А через кого он вышел на них?
- Мне кажется, не он на них, а они на него. Как и на всех остальных.
- Я слышала, что на них наркоманы сами выходят, чтобы те помогли.
- Есть такое. Однако наводку-то сначала кто-то им дает, а этот кто-то, как правило, сам при деле. Человеку становится худо, – либо денег нет, либо купить нигде не может, либо просто устал от всего, от себя самого в первую очередь, – а тут ему раз, и спасение подносят: ты, дескать, мил человек, выглядишь как-то нехорошо, и глаз у тебя плохой, и кожа, вишь, шелушится вся, тебе, видать, пиздец уж скоро, а все потому, что не по-божески ты живешь. Ты вот позвони по телефону-то по контактному, глядишь, тебе братки вспоможение окажут посильное. И тому, с одной стороны, с сектой связываться не хочется, а с другой, сил уже никаких. Вот он и звонит. А как там у них дальше, я не знаю; бабки-то они на общак присылают, вот, может, на эти деньги, а может и на свои личные они для него таблетки вырубают, а по ходу беседы ведут, и, в общем-то, правильные беседы, да вот только… Ну, это отдельный разговор. Короче говоря, или ты, брат, молишься, как положено, или... Глядишь, человечек и слез, а параллельно и проникся, ну, и понеслась душа в рай. Жаль, что православные так не работают.
- Слава Богу, что так не работают!
- Это почему же?
- Потому же. Так к вере не приходят. Здесь причина и следствие перепутаны, раком все поставлено: одно дело уверовать, покаяться и завязать, а другое – завязать, и уверовать. Очень удобно все получается. Только неясно, в кого верим, в Бога, или в братву. А главное вера получается «целевая»: не потому что, а для того, чтобы. Они, конечно, как и все христиане, о спасении толкуют, а на деле – просто от вил бегут, и не от тех, которые потом, Там, а от тех, которые тут. То есть поверили ребята, чтобы спокойнее жилось. Им и дисциплина эта казарменная в кайф – сорваться не дает.
- Но ведь лучше так, чем в могилу.
- Не знаю я. Я считаю, что это та же наркомания, причем совсем не безобидная. Все кверху жопой попереворачивали, и ходят, песни поют, прутся от собственной праведности. Все наше долготерпие православное, будь оно, прости Господи, неладно, – каждый мудак заморский может прискакать, и под видом миссионерства лопатить кеш. Вот сунулись бы они к арабам - им бы там сразу все их священные хоругви запихнули бы в очко, как «неправильные». Вот раньше хорошо было – «ересь», и пиздец, на кол.
- Значит наше не прет.
- Наше прет. Только тоньше, мягче, если уместно такое определение. А у этих чудеса на чудесах: то у них один от СПИДа вылечился, как уверовал, то еще чего. Много всякой хуйни рассказывают. И ведь ловко придумывают! И ни до чего своей собственной головой доходить не надо – все уже разжевали, переварили и к столу подали. Он мне как-то сказал, что ездил в монастырь, пожил там с месяц, ничего не понял и уехал. Ну да, конечно, зато здесь все просто и понятно. Всем все понятно, и всех прет. Ты бы слышала их молитвы – это уссаться можно: «Дорогой Бог, сегодня я думал о тебе, и понял, что я не прав, а ты прав, а я не прав и постараюсь стать лучше, и я всех люблю". Спасибо маме, спасибо братьям, спасибо MTV, спасибо Богу! Видел я, как охранник у них причащался – хрум, и все, и сожрал лаваша кусок, как будто это сникерс.
- Ну, он хоть завязал, а ты как жрал свои колеса, так и жрешь, только с одних на другие перешел, как крестился.
- А ты мне что порекомендуешь, к ним в лавку перекреститься ради дисциплины и стерильности? Нет уж, уволь, мне чужого боженьки не надобно.
- Он же вроде как один.
- Да я, собственно, не о Боге… Орут, веселятся, песни голосят, смесь дурдома с партсобранием – уж лучше кокса тогда садануть, и веселиться. Да, жил с девкой, жил, трахал ее, и полная любовь и взаимопонимание, а теперь бац – брат и сестра. Чушь какая-то. Единственное, в чем он прав, так это в том, что он колоться бросил. А теперь от него только и слышно? Брат, брат, аминь, окей у него на все случаи жизни! Ну как мудак, блядь! Узнает, что я о нем такое говорил – порчу напустит, сцуко…

Эпилог
Верите ли вы

- Веришь ли вы в бога?
- В кого?
- В Бога.
- А кто это?
- Кто тебя создал?
- Папа с мамой.
- А их?
- Бабушка с дедушкой.
- Подожди, а кто все это создал? Вот этот поезд, машины…
- Мужики на фабрике. Вот немцы – дотошный народ, качественно, грамотно делают. Ну, есть известный Баварский концерн, я наебусь, сейчас не помню точно, как он там называется… Самые заряженные автомобили делает.
 

micra

Покойся с миром
Регистрация
20 Июн 2006
Сообщения
3
Ровно...креатифф! :up:
 

Arina

Юзер
Регистрация
29 Авг 2006
Сообщения
239
Адрес
Воркута
А наблюдали ли вы исповедь в церкви раскумаренного человека, когда непонятно почему ты начинаешь себя ощущать хуже него, хотя ты не поправлялся перед службой? Противно становится не за друга, а за себя, когда он дурмане с улыбкой и умиротворением наблюдает как ты молишься, а тебя выстёгивает сначала от стыда перед Богом, а потом от желания вмазаться скорее.
Кстати. никаких эмоций не вызывает спокойный отказ от наркотика, который правил тобой. Раздражает. пиздец, бля когда тебе навязывать начинают, гы-гы...до чего странная жизнь пошла) Скоро голосовать будут за вид наркотиков, которые все как один должны будут покалывать. Ненавижу кумара. Потому и соскочила нах с мукалтина ацкого, шо я виновата шо справа кого-то кумарит и слева, у меня зато с головой собственной непонимание иногда коротит. :lol: запасная голова - вовремя запастись главное)) :lol: :lol: :lol: Бля только я себя понимаю тормоза??! забей! ручником, ручником и проборчик бляЁ!
 
A

Anonymous

Arina написал(а):
А наблюдали ли вы исповедь в церкви раскумаренного человека, когда непонятно почему ты начинаешь себя ощущать хуже него, хотя ты не поправлялся перед службой? Противно становится не за друга, а за себя, когда он дурмане с улыбкой и умиротворением наблюдает как ты молишься, а тебя выстёгивает сначала от стыда перед Богом, а потом от желания вмазаться скорее.
Хуясе! Философия?!!
 

Arina

Юзер
Регистрация
29 Авг 2006
Сообщения
239
Адрес
Воркута
Anonymous написал(а):
Arina написал(а):
А наблюдали ли вы исповедь в церкви раскумаренного человека, когда непонятно почему ты начинаешь себя ощущать хуже него, хотя ты не поправлялся перед службой? Противно становится не за друга, а за себя, когда он дурмане с улыбкой и умиротворением наблюдает как ты молишься, а тебя выстёгивает сначала от стыда перед Богом, а потом от желания вмазаться скорее.
Хуясе! Философия?!!
Личные наблюдения, скажем так и впечатления от увиденного. :?
 

Arina

Юзер
Регистрация
29 Авг 2006
Сообщения
239
Адрес
Воркута
Anonymous написал(а):
8O ужас.. Арин не терзай себя
:lol: грандаксин феназепам нурофен и пипольфен
слушаю ща asian dub foundation
 

Vinograd

Покойся с миром
Регистрация
13 Дек 2007
Сообщения
322
Адрес
Север

thirteenpoints

Юзер
Регистрация
2 Авг 2006
Сообщения
190
не асилил... хотя очень хотелось... ну а Арины тут действительно давно нет... если только она и Zestra не одно и тоже лицо... хотя это монопенисуально так как и она в бане... :-|
 

Moffy

Местный
Регистрация
26 Май 2007
Сообщения
2,069
превые пять ситуаций прикололи. То есть посыла особо там нет конечно же. Но пассажир этот задвигает душевно.))) :up:
А дальше там видать другой корешок вещает. Муть какая то блядская и гадская и неинтересно рассказывает.
ну ещё 7-ую ситуацию отметить следует. :up:
 

Shugga Choo

ШуЧу
Регистрация
8 Сен 2015
Сообщения
1,383
Адрес
далекой, далекой галактики
Ниже приводятся стенограммы "разговоров за жизнь" персонажей давно и со вкусом употребляющих хмурое вещество в/в. Очень поучительно. Свои словоизлияния, буде таковые появятся, рекомендую выкладывать сюда же. Не путать с трип-репортами. Это не "психонавтическое", а, скорее, психо-социологическое исследование. Итак, господа, чтобы вы у нас не заскучали:


Ситуация 0
Кто-то кого-то трахнул

А я тут это… Получилось. Не хотел я, и вообще случайно выпало. Был в Раменках. К человечку знакомому заехал. Ну, посидели, поговорили, музыку послушали, коктейльчик там... И я у него спрашиваю: "Юр, ну ты с Борькой поссорился?" А он говорит: "Я больше с Борей дел не имею. Он меня вкатил один раз по работе". И тут звонит сам Боря. Он чего-то там бубнил, но, короче, стало ясно – у подруги у его день рожденья. Ну, короче, я попал на этот день рожденья… А у меня большой был перерыв с алкоголем. А на столе закуска, салатики и все такое прочее. Вот, потом Боря с Ирой поссорились… Боря ушел, мы остались вдвоем. Она ушла на кухню и бац, возвращается с шампанским и в рубахе какой-то несуразной на голое тело. Опс, думаю, ага! И я отчетливо помню, что на бедрах у нее были татуировки. Еще помню, я в этот момент ножом то ли апельсин, то ли грейпфрут резал, и палец себе сразу, как она вошла, порезал, и стал его рассматривать. А она: "Таких пальцев в меня влезет штук десять". Вот те и все. Я говорю: "Ну, а йода у тебя нет перевязать?" А она взяла мою руку, и хлоп, кровь слизала! Я ей не стал уж говорить, что болею, поздно: стремительно она это как-то сделала… И говорит: "Трахни меня им". Легла и ноги свои раздвинула татуированные. Я прилег и стал ее рассматривать. Провел языком, а сам косился параллельно на татуировку: там были какие-то розы, колючки… Короче, рокерство всяческое, я такие темы не очень уважаю. Лежал и смотрел, каким там что цветом пробито. Она отстранилась, и спрашивает: "Ты, кстати, как, не колешься?" "Нет", - говорю. Она говорит: "Покажи руки". Я протянул ей руку. Она пощупала: "Ладно, верю, один хуй ни хуя не видно". Ну, короче, все потом завертелось, ну и все…

Ситуация 1
И пробуждение...

Утром в нос ударил запах кофе. Хорошего кофе, я всегда отличаю… Я разлепил глаза и увидел ее сидящей за столом, все в той же вчерашней рубахе. Только сейчас она вызывала во мне какие-то другие чувства. Не знаю, какие, но не возбуждало это дело, и не скажу, что она как-то криво смотрелась – она умылась уже, туда-сюда… Да и я не много пил, а подкумаривало уже, – так я привычный; так, просто серое утро, кофе… И чужая она вроде, и все равно в кайф это дело, все лучше, чем дома просыпаться. Да что я тебе говорю, ты и сам знаешь, – у нас посмотришь в окно, и все, – день насмарку. А тут – утро, такое же, как всегда, но чистые простыни, вроде ничего не болит особо, а то знаешь, просыпаешься, занавески занавешены, и думаешь, что уже в аду проснулся. Вот, запах кофе, она в рубашке, так бы и не вставал с койки. Сразу-то мысли ровно не текут, то есть я не скажу, что сформулировал сразу что-то типа «не так ты живешь», – это, как говорится, и так в воздухе висит как транспарант, но какие-то червяки сразу поползли. Да как всегда… Вот, одним словом, сидела она, и пила кофе одна. Вот что уважаю: когда варят кофе, а не растворимый.
А она и говорит: "Как ты меня трахал, я не помню. Давай хоть посмотрю на болт твой". А я говорю: "Ладно, Ир, мне двигать надо – неизвестно где Боря, и вообще я не помню, из-за чего вы вчера посрались". И давай себя в порядок приводить. А она говорит, дескать, не спеши, время еще есть, надо расчесаться и голову намочить. Я закурил и проследовал на кухню. Поставил чайник. Она меня позвала в ванну и спрашивает: "Ну мне так ништяк"? Я взглянул и поправил ей волосы. Она посмотрела, и вынула у меня из рта сигарету – затянулась. Выдохнула мне в лицо: "Это, наверное, последняя сигарета на сегодняшний день для меня. Блин, да у тебя губа треснула! Да и бледный ты вообще".
Я промолчал и ушел на кухню – там уже чайник закипал. Плеснул кипятку в заварной. Налил пол чашки и залпом выпил. Губа треснувшая, я еще и обжег – неприятна боль, режущая. Блин, думаю, да я, наверное, обжег себе все внутри. Вода в чайнике почти что кипяток. Ну, короче, распрощались. Ладно. День впереди. Надо выдвигаться. В более привычную обстановку. Улица меня почему-то порадовала – сухой солнечный день. А из окна, когда смотрел, думал, пасмурно. Странно…

Ситуация 2
МакДональдс и пизда

А мы тогда ходили, ходили, беседовали – ушли не знамо куда, а там, сам знаешь, места – гниль: дома одинаковые, там и трезвый когда, не найдешь не икса… Лазили, лазили, крюк за крюк, тыры-пыры… Ольга сказала, мол, купите водку ничего, сигарет злых (она только крепкие курит), лимон в первую очередь, и легкого чего-нибудь покушать… Бумс, поплелись: музыка, кинишко, Эверласт, прибауты, то да се, Диаманда (она, кстати, мне рассказывали, с Володей имела разговор и расплакалась; ты, говорит, злой; уж и не знаю, что он ей там такого наговорил, но, видимо, чего-то серьезного очень; я так думаю, или она не в себе была что расплакалась, – это же не блядь какая-нибудь, Оксана из Белоруси, а сама Диаманда Галлас, – либо он действительно настолько злой, а может и треп все это), одним словом, трещали обо всем; бродили, буровили по дворам, выбрели. Нашли, наконец, заходим в лабаз, а на прилавке кот лежит, здоровенный… Не знаю, к чему я про кота. Так просто, вспомнился. Короче, взяли водку «Завалинку», пакет пряников каких-то и пачку пельменей. Твою мать! Вкатили нам потом за этакие покупки… Вот, а МТV я без группы «Тату» больше смотреть не буду, если их из эфира уберут; отказываюсь. Не, ну сам посуди, что это за ёбань получится, без «Тату». Двадцатка МТV… Смешно говорить. Да, кстати, сидели в «Макдональдсе» на Тушино, жрали, ждали… Губа перед отъездом сказал: «Ёбаный компот, пацаны, буду через тридцать-сорок минут. Кайф, говорит, у Дэна просто мифический, пол чекана, и в слюни». Сидим, ждем, кофе с молочком пьем, а человечек – митинский. Он до этого уже раскумарился. Он сидел, ему еще надо было, а меня подламывает, но терпимо. Сижу, на стены с планерами смотрю, а этот, уторченый, ему поговорить… И он мне рассказывает про то, как он накануне какую-то Леру лекарил. И у меня это как-то наложилось одно на другое – и день этот из памяти никак теперь не сотрешь… Теперь, как планер в небе увижу, сразу чья-то кровавая мокрая пизда, вывернутая наизнанку, и раскинутые ноги у самой рожи. Я в этот «Мак» на Тушино больше не хожу, стороной стараюсь обходить… Хотя на Жукова, с лыжниками, тоже не фонтан, я тебе скажу, никак не лучше. Я вообще китч не выношу, а тут что-то еще большее. Лыжники какие-то… И ведь есть в них, в планерах, что-то от пизды, от раскинутых ног, согласись…


Ситуация 3
Лишний на празднике жизни

Я сначала вообще не хотел, и уж только потом уже… Ты понимаешь, я вот так подумал, а почему у меня все время так выходит, что я исключительно по чужим выступаю? Сначала с той, потом с этой, и все криво как-то. Она мне потом, типа, с милым рай… Сам знаешь где. Ага, думаю, это тебя сегодня выебли с огоньком, вот тебя и раскудрявило; твой-то, поди, уже ни в какую. А он у нее хитрит где-то, денег приносит; я на фотографии его видел – слава богу, что только на фотографии – похож на одного из тех мужиков из рекламы «Бочкарева», на того, что все время трубу бросает, вот только того уже уволили наверное, за то, что только пиво с кентами жрет, а этот пашет, и на нее то ли времени нет у него, то ли там уже потухло все… Не знаю. Но, как бы там ни было, в шалаше, я так прикинул, тебя, родимая, часа на два хватит, а потом либо сама ускачешь, либо «надо чаще встречаться» твой припиздует в самый неподходящий момент. Сам понимаешь: тут мало того, что чувствуешь себя не пришей к пизде погоны – там такая квартира, что с непривычки не по себе делается – так еще и чистый страх, что она это ему на зло, потому что объективно на себя смотрю, и думаю, ну чего ты во мне нашла? И вот пройдет время, всплывет все, и придется мне сваливать куда-нибудь; а насколько он без башни у нее, я не знаю, но судя по рассказам, капитально; вот и буду я сидеть где-нибудь в Тропарево у друзей, и думать, что это-де черная полоса такая, и что наступит скоро белая… А вместо белой полосы – пуля в глаз, и белая вспышка Вот она-то и будет последней светлой полосой, причем полосой перпендикулярной всем остальным
Она чего-то говорит, что мое, говорит, любимое время суток – ночь, ночь, ночь, ночь… Все ночь. И как началось все это дело? Выходили так, на кухню покурить, семечек пощелкать, чайку-майку. Сначала телевизор смотрели, а я на нее засматриваться стал. Я говорю чего-то, я от тебя глаз оторвать не могу, а она навеселе слегка, глазки блестят, а у меня из кармана мелочь посыпалась, и под нее, и стал я это дело выгребать, естественно. Ноги, говорю, у тебя ничего. А она говорит, я еще и умная очень… Она, кстати, помимо работы (зачем работает – не понятно, и так денег жопой жуй) еще учится на вечернем где-то, то ли на филолога, то ли на эколога; я смотрел тетрадь ее какую-то: ничего вообще не понял, там бред какой-то, то ли я дурак совсем… Ладно, все это мишурные дела… А она мне уже, как говорится, "уже в прошлый раз дала". Я уже наперед знал, что и как делать, чтоб все красиво, потому что в этом деле главное – качество. Ну, она встала там потом, пошла, говорит, я прилягу, спать хочу, я, значит, это самое, посидел, посидел, посмотрел на нее. Думаю, надо чем-то заняться. Бамс, пошел собак выгулял. Возвращаюсь, а она говорит – надо собак выгулять, а я говорю, да я уже погулял. Она говорит, я на танцах была, так устала, – хочу похудеть, но, говорит, затрахалась, вся влажная уехала. Наверное, продуло меня. Ты меня можешь согреть? Я говорю: конечно. Она: ну так иди сюда. Ну и все.

Ситуация 4
И хуй со мной...

Порожний образ жизни, хотя и разнообразие какое-то. А главное комплекса никакого не заработал. Срезало все это дело после, а то утром от нее вышел, и как в говно опущенный, совесть, нет, не то совесть, не то что-то еще, короче, знаешь, куча мыслей стразу липких, вопросов, отмазок от самого себя, и они валят, валят… Даже не воспринимается это как самоосуждение, а просто понос, как вот организм перестает нормально работать, и начинает этюды исполнять, так и душа…. Вразнос… Ну и я по инерции и поехал. Вечером уже и из головы все вылетело. А потом отошел, на трезвую всплыло опять, но как-то уже тихо, тускло. Прислушиваюсь, и понимаю, что никакой проблемы и не было, ну переспали, и ебись оно противотанковыми ежами. А заразил я ее, или она меня, или там чего, – хуй с ним со всем, и со мной тоже.

Ситуация 5
Друзья и родственники

Я не могу тебе сказать, отчего конкретно у него слетел колпак, и слетел ли он у него вообще; может, он у него, наоборот, на место встал, а поскольку его таким никто никогда не видел, или очень давно не видел, что одно и то же, в принципе, то расценивается это окружающими как безбашенство. Впрочем, окружающие в данном случае – его жена и ее подруги; тут все понятно, тут либо никак, либо все плохо. Понятно, что без одобрения был встречен его этюд, а что его чувачки по этому поводу думают, я не знаю. Короче говоря, что есть, то есть, и понимай как хочешь: дядя пересел с «Ауди» на «Мерин». Он эти бабки лучше бы на ребенка потратил. Да и кто он вообще такой, - по статусу, я имею в виду - чтобы ездить на такой машине? На хера она ему вообще сдалась, чего ему на «Авдее» не каталось? Хотя он, конечно, поднялся, все пироги… Но поднялся он уже после свадьбы, уж не знаю, кто ему помог там, не помог. Но это уже другой совсем разговор, я не об этом сейчас. Короче говоря, человек капитально вошел в образ, хотя его и раньше заносило, но не так конкретно, но тут, видимо, окружение сыграло, и вот он пересел на новую машину, нашел на стороне какую-то блядюгу и срулил с ней в Хорватию от трудов отдыхать, предварительно подъехав к жене рассказать о том, как он, дескать, скучает со страшной силой по ней и по ребенку, однако вернуться никак не может. Вот ведь молодец! Но я так понимаю, тут неоднозначно все: может от безнадеги у него все. Ты ведь знаешь, что у них с ребенком лажуха полная. Там какая-то архихуевая история приключилась: близнецы у них были, и один дубу врезал, причем кесарево не делали почему-то, может так и обошлось бы все… Парню два года, а он не ходит, не говорит ничего, и даже не узнает никого – мимо все время смотрит. Страшный взгляд, пустой… Привет, короче говоря. Покушали ребятки в свое время таблеточек волшебных. Кстати о них – тоже ведь вариант: он в последнее время очень по «бодрому» зачастил. Сначала, помню, раз в месяц, потом раз в неделю, типа отдохнуть от трудной рабочей недели, а потом реально каждый день мозг удивлять стал. Тут башня точно соскочит, не то что из семьи, а самому от себя впору бегать… Да и товар-то у него был странный какой-то. Мы у него брали как-то… Может просто попало так… Вставляет сильно, но быстро отпускает и отходняк потом шибко злой. Через жопу это все. Не по-божески. И, главное, к жене: тыр, мол, пыр, скучаю до запора. Хули ж ты слинял тогда? Черт знает, что у людей происходит. Варьето, шапите и лихо румыно-албанское... Жена, правда, в тот же месяц на Майорку съехала. Видать, с тоски тоже. Вот бы вам, думаю, в нейтральных водах встретиться, на надувных матрасах… Но все-таки как же все любят поговорить, почувствовать себя героем-любовником и прибежать хвастаться новым приобретением к жене! К той, что, видимо, больше других давила, так давай теперь давить тебя. А каково ей это выслушивать было? И ведь не к кому-нибудь, а именно к ней, которую, видимо, больше всех и любишь, и которая, в результате, все равно главной вражиной и оказывается. Может, это всегда так – главным врагом оказывается тот, кого больше всего любим, тот, кто любит нас, тот, кто ближе; чувствуешь в человеке эту слабинку, и вместо того, чтобы прикрыть рукой, защитить, ты по этому месту со всей силы лупишь, сам не понимая почему. А остальные что? Остальные нейтральны; им вообще все равно, что там у тебя в жизни или в голове происходит. А самолюбие, или что там еще у нас бывает… Вот это самое «еще» требует, как ни крути, к себе внимания, одобрения некоего, пусть даже в форме неодобрения реализующегося… И куда с этим?


Ситуация 6
Все болеют...

Вот и все, лето кончилось, сенцо покосили, обострение у всех трехнутых. Да и не только. У всех обострение. Здоровых-то никого вообще не сыщешь: все кривые, куда ни харкни. Палыч вот терпел, скрипел, чуть зубы все на хер не сточил, да и слег в больничку – допек его бок, не сдюжил мужик. У матери у самой тройничный продуло, причем так основательно, что болят не только зубы, но даже черепушка в основании, – ни голову повернуть, ничего… А Палыча на даче так схватило, что дай Бог дороги. Я звоню, мол, у меня, мать, ангина, я невыездной, а она мне: сами валим – у Палыча бок схватило; я, говорит, его на анальгетиках пока держу, но помогает как-то слабо. Приехали домой в понедельник, неотложку вызвонили, те его прокапали сразу чем-то. Так что сейчас в больнице. Завтра проктолог должен прийти. А больница – они там с анализами этими… Не жрать, не срать… И мимо ходят, не смотрят ни на кого, а если и смотрят, то только как на врагов кровных. Там загнешься еще быстрее. Ленка обещала побубнить со своими там какими-то, чтоб его нормально в Боткинскую положить – тоже не вот тебе, но все лучше, чем в этом гадюшнике валяться. Это же, блядь, бардак, а не больница! Иду по коридору, и бац, медсестра; я ей: так, мол, и так, как дела, клизму ставили ему, а то проктолог придет? А она: нет пока. Еб твою мать, нет пока! А когда?! Потом к нему: тебе, говорю, гастроскопию делать будут или чего там еще, так тебе сказали, чтоб ты не жрал? Нет, не сказали. Я опять к той: что же вы, блядь, а? А она: я сказала. Кому ты, на хуй, сказала, что ты сказала? Он говорит, что не сказала; он же не невменяемый, чтоб не помнить, кто ему что говорит. Бардак, короче говоря. Ему, кстати, соседушка по палате LIV 52 от печенки присоветовал, если у него, конечно, в печени все дело, в чем я почему-то сомневаюсь. Я пришел туда, а он мне и рассказал, дескать, мне тоже вдруг поможет, а я вспоминаю: слышал я раньше что-то об этом снадобье, – гепатопротектор какой-то тоже, но потом писали, что это дело – шарлатанство, что делают его индусы, и чуть ли не говно коровье туда замешивают; а тут, видишь, всплыло опять. Кстати, у ленкиного бати в больничке – тот тоже сейчас лежит – помимо всего прочего паркинсонизм обнаружили, в слабой форме, правда, но тем не менее, и это плюс к тому, что у него и так там такая куча болячек всяких, что не дай нам Бог всем такого, – он колеса горстями жрет; если бы он их водкой еще не запивал… Да, вот так. У Афони отец тоже любил водочки на амитриптилинчик бросануть… А тут залетел к нам на чаек-огонек безумный один, в глубоком трауре: гепатит у него нашли; он к фершелам, а они ему – грунт готовьте, любезный, от силы лет десять осталось, а потом в сосновый макинтош. Блядь! Я ему говорю, ты мозги в камеру хранения сдал? Кого ты, на хрен, слушаешь, кто они вообще такие, те, что тебе эту мулю прогнали? Десять лет… У тебя, говорю, ВИЧ что ли, нашли? В жопу им все их прогнозы запхать, – пусть сами через десять помирают… Будешь париться – еще раньше помрешь, и светлого будущего не увидишь; иди, говорю, в центр, если деньги есть, сдавай все нормально, как положено, да лечись. Я не хожу туда, поскольку у меня просто денег таких нет, но у меня, как оказалось, и другого добра в избытке; есть о чем подумать. На днях в Гамалеи проверился на всякие дела… Сходил, называется. Посетил учреждение. Моя мне еще несколько лет назад говорила, чтоб я пошел сдал все. Вот теперь сижу: такого про себя узнал… У меня роспись, как что и когда пить, размерами с простыню, и колес на 300 с лишним баксов – пол холодильника заставил, – жратвы-то толком нет, одни пельмешки заунывные в морозильнике, зато колес хоть жопой жуй, да названия-то все какие кудрявые. Я с прошлого месяца в таком несметном количестве их пью, что, думаю, чем дальше в лес, тем всем нам хуже: скоро от меня мое собственное дерьмо по квартире бегать начнет на ножках: внутри какие-то погромы еврейские один за другим: на выходных с очка не слезал; такой вот «рейв вдвоем». Мне соседка говорит: тебе жрать нормально надо, – курочку, мясцо, бульончик, кашки разномастные мутить; ну я и намутил – купил пошел мясца в магазине; сделайте мне, говорю, четыре кусочка (больше брать меня жаба задушила); пришел домой, и как начал его жарить… Ты же знаешь, я когда готовлю, у меня кровь на потолке и гитарки звенят… Ну и пожарил, блин, мясца: маслица на сковороду шварк, а оно как начало гореть, и все, пол кухни в копоти; два дня потом оттирал. Да, сейчас всем трудно. У кого чего. У братца бывшей моей, представь, шизофрения, по полной программе; жили, жили, не тужили. Нормальная семья, и тут вдруг бац. С чего, казалось бы? И ведь он, что примечательно, не полностью за бананами уехал, т.е. он дуркует, блажит, но в то же время осознает, что с ним лажа какая-то неясная происходит, но ничего никому не объяснишь, и сделать с этим ничего не можется. Пока потчуют его галкой, – он отупел, жор на него напал, жирный стал, опухший какой-то, заплывший весь. Как положено все… Ужас, одним словом. Отец плачет ночами… У знакомой брат на хмуром торчал, торчал, потом все-таки сняли его общими усилиями – я сам им нолтриксол свой оставшийся запарил – и он завязал, но завязал, как оказалось, уже с ВИЧом. Досадно. Другой с кичи только что – туберкулез; он: я залечил, залечил! Хера ты, думаю, залечил, и точно, – неделю назад звоню ему, а у него температура сорок ни с чего… Еще один к невропатологу вот похаживает. Сначала с хмурого на винт, а потом у него башню двинуло; варщик, у которого он вис, говорил, что, дескать, всякое видел, но чтоб у человека так балду взрывало… У Валеры вообще эпилепсию подозревают: кидало его тут несколько раз. Теперь ходит, только что сопли не роняет – финлепсин, «зепамы», еще какая-то погань – задавленный полностью. Ему и самому не в жилу уже эти таблетки, но иначе, говорят, нельзя: иначе опять кидаться будешь. У Вики грудь раздуло. У нее и так то… а тут еще такие дела. Тоже пьет теперь что-то, боится, как бы вообще не отрезали на хрен. Отец пил, мудак чертов, все лето. Сейчас только проявился. Бодрый такой… Ужас, короче говоря.

Ситуация 7
Церковь Христа

- А через кого он вышел на них?
- Мне кажется, не он на них, а они на него. Как и на всех остальных.
- Я слышала, что на них наркоманы сами выходят, чтобы те помогли.
- Есть такое. Однако наводку-то сначала кто-то им дает, а этот кто-то, как правило, сам при деле. Человеку становится худо, – либо денег нет, либо купить нигде не может, либо просто устал от всего, от себя самого в первую очередь, – а тут ему раз, и спасение подносят: ты, дескать, мил человек, выглядишь как-то нехорошо, и глаз у тебя плохой, и кожа, вишь, шелушится вся, тебе, видать, пиздец уж скоро, а все потому, что не по-божески ты живешь. Ты вот позвони по телефону-то по контактному, глядишь, тебе братки вспоможение окажут посильное. И тому, с одной стороны, с сектой связываться не хочется, а с другой, сил уже никаких. Вот он и звонит. А как там у них дальше, я не знаю; бабки-то они на общак присылают, вот, может, на эти деньги, а может и на свои личные они для него таблетки вырубают, а по ходу беседы ведут, и, в общем-то, правильные беседы, да вот только… Ну, это отдельный разговор. Короче говоря, или ты, брат, молишься, как положено, или... Глядишь, человечек и слез, а параллельно и проникся, ну, и понеслась душа в рай. Жаль, что православные так не работают.
- Слава Богу, что так не работают!
- Это почему же?
- Потому же. Так к вере не приходят. Здесь причина и следствие перепутаны, раком все поставлено: одно дело уверовать, покаяться и завязать, а другое – завязать, и уверовать. Очень удобно все получается. Только неясно, в кого верим, в Бога, или в братву. А главное вера получается «целевая»: не потому что, а для того, чтобы. Они, конечно, как и все христиане, о спасении толкуют, а на деле – просто от вил бегут, и не от тех, которые потом, Там, а от тех, которые тут. То есть поверили ребята, чтобы спокойнее жилось. Им и дисциплина эта казарменная в кайф – сорваться не дает.
- Но ведь лучше так, чем в могилу.
- Не знаю я. Я считаю, что это та же наркомания, причем совсем не безобидная. Все кверху жопой попереворачивали, и ходят, песни поют, прутся от собственной праведности. Все наше долготерпие православное, будь оно, прости Господи, неладно, – каждый мудак заморский может прискакать, и под видом миссионерства лопатить кеш. Вот сунулись бы они к арабам - им бы там сразу все их священные хоругви запихнули бы в очко, как «неправильные». Вот раньше хорошо было – «ересь», и пиздец, на кол.
- Значит наше не прет.
- Наше прет. Только тоньше, мягче, если уместно такое определение. А у этих чудеса на чудесах: то у них один от СПИДа вылечился, как уверовал, то еще чего. Много всякой хуйни рассказывают. И ведь ловко придумывают! И ни до чего своей собственной головой доходить не надо – все уже разжевали, переварили и к столу подали. Он мне как-то сказал, что ездил в монастырь, пожил там с месяц, ничего не понял и уехал. Ну да, конечно, зато здесь все просто и понятно. Всем все понятно, и всех прет. Ты бы слышала их молитвы – это уссаться можно: «Дорогой Бог, сегодня я думал о тебе, и понял, что я не прав, а ты прав, а я не прав и постараюсь стать лучше, и я всех люблю". Спасибо маме, спасибо братьям, спасибо MTV, спасибо Богу! Видел я, как охранник у них причащался – хрум, и все, и сожрал лаваша кусок, как будто это сникерс.
- Ну, он хоть завязал, а ты как жрал свои колеса, так и жрешь, только с одних на другие перешел, как крестился.
- А ты мне что порекомендуешь, к ним в лавку перекреститься ради дисциплины и стерильности? Нет уж, уволь, мне чужого боженьки не надобно.
- Он же вроде как один.
- Да я, собственно, не о Боге… Орут, веселятся, песни голосят, смесь дурдома с партсобранием – уж лучше кокса тогда садануть, и веселиться. Да, жил с девкой, жил, трахал ее, и полная любовь и взаимопонимание, а теперь бац – брат и сестра. Чушь какая-то. Единственное, в чем он прав, так это в том, что он колоться бросил. А теперь от него только и слышно? Брат, брат, аминь, окей у него на все случаи жизни! Ну как мудак, блядь! Узнает, что я о нем такое говорил – порчу напустит, сцуко…

Эпилог
Верите ли вы

- Веришь ли вы в бога?
- В кого?
- В Бога.
- А кто это?
- Кто тебя создал?
- Папа с мамой.
- А их?
- Бабушка с дедушкой.
- Подожди, а кто все это создал? Вот этот поезд, машины…
- Мужики на фабрике. Вот немцы – дотошный народ, качественно, грамотно делают. Ну, есть известный Баварский концерн, я наебусь, сейчас не помню точно, как он там называется… Самые заряженные автомобили делает.
:up:
 

SadFrog

Активный Юзер
Регистрация
17 Май 2017
Сообщения
547
Душевно написано, на одном дыхании читается
 
Сверху Снизу